В президентской администрации рассматриваются различные варианты, которые позволят Владимиру Путину остаться у власти как можно дольше, сообщили Bloomberg три источника, близкие к Кремлю.

Говоря откровенно, если для Блумберг это новость, то с профпригодностью его сотрудников явные проблемы. Признаки подготовки узурпации власти были очевидны еще на предыдущем сроке Путина, и весь нынешний срок будет посвящен только одной проблеме — как продлить пребывание Путина на первом посту бесконечно. Все эти ваши майские указы и озабоченность судьбой страны на камеру — просто необходимый ритуал, унылый, скучный и совершенно неинтересный. Ключевая задача только одна.

Конечно, то, что Россия стала каким-то Зимбабве, для нас в какой-то степени унизительно, хотя с другой стороны, без молчаливого согласия населения с такой постановкой вопроса сделать это было бы крайне непросто. Тем не менее, все молча или даже с одобрением и пониманием отнеслись к совершенному ранее государственному преступлению, когда налицо был преступный сговор с целью захвата власти, выразившийся в промежуточном правлении Медведева. Оба «президента» и не скрывали своей договоренности о том, что Медведев просто просимволизирует соблюдение демократической процедуры, после чего столь же безропотно вернет чужое место владельцу. Конституционный суд сделал вид, что не заметил сговора и освятил право третьего срока буквальным толкованием Конституции, хотя у любого закона есть не только буква, но и дух — контекст, в котором принимается та или иная норма. Два срока пребывания на посту президента вводились как раз с целью предотвращения узурпации власти, но никто не предполагал, что к власти придут ребята, чья профессия — игра в наперстки. Все знают, что перед ними мошенник, но все делают вид, что верят — он на самом деле может проиграть тому, кого намерен ободрать как липку. Включая и того, кого обдирают.

Криминальное государство, созданное братвой на месте бывшей России, и демократия — вещи, абсолютно несовместимые. Вор не способен стать честным человеком просто потому, что ничего другого, кроме воровства и мошенничества, он не умеет. И если нам уже продемонстрировали, что братва пойдет на любой подлог, чтобы удержать под собой власть, то наивно предполагать, что в этот-то раз всё будет как-то иначе.

Трансферт (а по сути, захват и удержание власти криминальным сообществом), вне всякого сомнения, будет осуществлен. Сценарий, по которому произойдет это событие, имеет глубоко второстепенное значение. В определенном смысле наши урки исповедуют своеобразный аналог легизма, густо смешанного с воровскими понятиями. Другой вопрос, что классический китайский легизм довольно жестко пресекает попытки манипуляций установленными правилами — за века его существования таких умельцев, как наши уголовники, было немало, а потому и опыт борьбы с ними накоплен немалый. Но в нашем случае сомнений нет — эти ребята что-то придумают.

Другой вопрос, выдержит ли страна. Три десятилетия безудержного разворовывания созданного поколениями предков проточили ее устойчивость, как черви протачивают своими ходами мощный ствол дерева. Сам по себе трансферт помимо текущей задачи удержания власти в руках криминального конгломерата должен решить и другую задачу — нынешняя система разворовывания страны подошла к своему логическому завершению — наследство проедено, сырьевая модель экспорта подвергается внешнему давлению, удерживать рынки сбыта становится неподъемной ношей. Та же борьба за европейский газовый рынок стоит сотни миллиардов долларов — и это только прямые расходы на строительство обходных маршрутов вокруг Украины и строительство соответствующей им инфраструктуры. Есть и косвенные расходы на ведение двух войн — в Сирии и на Украине. И их цена как минимум сопоставима. Долго выдерживать эту гонку невозможно даже в благоприятных условиях, а они явно не таковы — и цена на нефть далека от комфортной, и санкции, и норма грабежа и откатов неудержимо растет. Пора переключаться на новые источники, которых не так уж и много. По сути, воры в Кремле уже пришли к выводу, что последним доступным им источником дохода является народ — и мы на своей шкуре ощущаем их озарение: дикий безудержный рост налогов, сборов, курс на ликвидацию социальных расходов по всем направлениям.

Объективно создать такую модель можно только в одном сценарии — возвращении в раннефеодальное состояние с его жестким сословным делением и рентой, как экономической основой существования правящего сословия. На этом пути есть две очевидные проблемы: слишком быстрое опускание страны в это состояние может вызвать ее разлом и распад ввиду неравномерности процесса, вторая проблема: внешний мир, идущий вперед, технологически будет настолько недостижим, что никакое соревнование с ним выиграть будет невозможно. Возникает противоречие — обе задачи требуют максимальной враждебности с окружающим миром и даже жестких конфликтов (так как создаваемая средневековая экономика будет носить все более отчетливый набеговый характер), с другой — любая серьезная конфронтация приведет к политическому, а то и военно-политическому поражению режима. Однако ничего другого нашим уркам не остается. В любой иной системе и парадигме развития они обречены.

В том же случае, если трансферт власти будет произведен с опозданием, Кремль попросту не удержит обстановку на переходе — любой сценарий перехода системы из одного состояния в другое опасен с точки зрения удержания контроля над ним. К этому нужно добавить ужасающую управленческую и интеллектуальную нищету всей нынешней вертикали.

Уже поэтому вне зависимости от того, как именно Путин намерен захватывать власть после 24 года (через сценарий Союзного государства или через казахский сценарий с переводом себя в положение каудильо, стоящего над вертикалью или вообще какой-либо еще), сам процесс будет невероятно рискованным с точки зрения удержания контроля над ним. Объективно перестройка системы приведет к тому, что часть нынешних воровских кланов потерпят поражение и будут деклассированны и ограблены более удачливыми коллегами. А значит — проигравшие будут вынуждены бороться, разрушая сценарий трансферта. Именно здесь и заложены основные риски процесса, но сделать уже ничего нельзя — оставлять как есть Кремль уже не в состоянии — страна подошла к грани, за которой любые проектные мероприятия станут невозможными, останется только стихийный процесс самопроизвольного выравнивания разрушенного баланса.

Читать далее...